Распечатать
http://krsulin.ru/biblioteka/pressa/krinica/poehziya-dushevnoj-dobroty.php
Красносулинский форум

воскресенье, 17 декабря 2017 года, 20:30


Роев Е. Поэзия душевной доброты // Криница, 12.11.2008, № 46 (361), с. 8-9

Поэзия душевной доброты

  • Автор: Роев Е.
  • 16.06.2011 11:38
  • Криница
  • Обновление: 11.02.2015 16:31

Мы встретились у фатфулинского фонтанчика с целующимися голубками. Мы – поэты С. А. Кочудаев, А. Ф. Изранов и автор этой корреспонденции.


Роев Е. Поэзия душевной доброты // Криница, 12.11.2008, № 46 (361), с. 8-9

Между собой давно фонтан у "Старого кафе" называем "Фонтан поцелуев" или "Поцелуев фонтан". Есть же в Санкт-Петербурге "Поцелуев мост". И почему бы в Красном Сулине не назвать так для людей старых ли, молодых ли одно из чудных в будущем сулинских мест?

Вспоминалась утесовская песенка:

Купив цветы подснежники, влюбленные и нежные
Мы шли всегда на "Поцелуев мост".

Быть может, подвигнет она сулинских поэтов и музыкантов написать свою, о фонтане у "Старого кафе"... приз В. А. Фатфулин обещает.

Цель же встречи внешкора со старшим товарищем, поэтом С. А. Кочудаевым – беседа, интервью в связи с приближающимся его юбилеем.

В НАЧАЛЕ ПУТИ

Ученик 4 класса был активным учкором выпускаемой от руки школьной стенгазеты. Именно там и появился первый стишок Сережи. Отрывок, сохранившийся в памяти поэта:

Много самолетов. Летчики сидят,
А у них на шлемах звездочки горят.

Как многих мальчишек – сверстников, мечта летать не посетила Кочудая.

Он сознавал, что с ослабленным зрением ему никогда не взлететь в небо. Однако судьба ему готовила другие крылья – крылья поэзии.

Чтобы лучше видеть, внимать и осваивать преподаваемый материал, Сережа просился сесть за первую парту. Тогда еще таких не называли "ботаниками". Участвуя в футбольных баталиях, он всегда был вратарем. Причем даже гордостью школы. Однако пацаны как-то его отторгали, а может быть, не вписывался он сам в их шаловливые затеи. Его тянуло к старикам. Он впитывал их мудрые беседы, как бы создавая потенциал будущего журналиста, публициста. Еще бы, ведь среди них были старики, кто видел Ленина! И даже общался с ним. И будущий поэт как бы соучаствует в революции. В свое время в стихотворении "Русский богатырь" Сергей Кочудаев напишет:

Я в этой жизни не устану,
Во мне вулкан бурлящих сил!
Я вместе с Разиным Степаном
По волнам Дона в стругах плыл.
Я с Емельяном Пугачевым
В степях Яика кочевал,
Я тосковал о жизни новой.
И знал: придет она! – я знал.
Загрохотал над всей Россией
"Авроры" неумолчный гром!

Помню, однажды, на заре возрождения сулинского казачества, заглянули мы на казачий сход, часто тогда собирающийся в актовом зале на ул. Первомайской. Сергея Алексеевича попросили что-нибудь явить... Внимали... Как только автор произнес "Авроры" неумолчный залп", взвился молодой казачок из активистов: "Я те покажу "Залп "Авроры", красноштанный! Пороть его, господа казаки, пороть!". Горячность казачка (где он сейчас? Говорят, и в горячих точках добровольцем побывал) степенные старики притушили. Но с тех пор я не знаю случая, чтобы поэт встречался с казаками. Хотя и сейчас верен идее возрождения казачества.

С ЛАПТЯМИ ЗА СПИНОЙ

Усидчивость, прилежность в начальных классах выявили в пареньке целеустремленность, желание определить свое место в жизни. С сапогами ли, с ботинками на посохе за спиной топал он босиком по песчаным дорогам родного края. Иногда на перекладных пускался в путь за 25 км, чтобы набираться знаний в литобъединении.

Журналистская стезя приведет члена Союза журналистов СССР в секретари первичной писательской организации в нашем городе. На небольшой период он возглавит литгруппу Красного Сулина, по просьбе главного редактора "Власти Советов" уступит партфункционеру Матющенко В. Г. Крестьянин по натуре, Сергей Алексеевич спокойно отошел в тень. Ох, как он не любил сознавать себя руководящим. Тем более непочатый край работы в многотиражке "Металлург". Пестовал он ее четверть века и еще 2 года. Хотя умело обаятельный редактор газеты привлекал внешкоров, но все равно, что за тяжкий труд выпускать еженедельник единолично, насыщая его интересными, актуальными материалами.

Вновь окунемся в юность поэта. Его потенциал рассмотрел редактор Чесанов А. Г. Первые материалы мальчика публикуются в газетах "Кулебакский (ах, какое смачное название!) металлист", "Кировец". Почти в саморедакции, без вмешательства опыта редактора появляется рассказ Сережи о празднике в клубе поселка Теша. В числе многодетных матерей чествовали и его маму. Из пяти растимых ею он был старшеньким. Удостоилась мама медали "Материнство" 1-й степени. Только в девяностых годах ушедшего столетия, в прозаических повествованиях С. А. Кочудаев поведает нам ее имя, опубликует ее фотографии.

В 18 лет Сергей Алексеевич литсотрудник газеты "Приокская правда". Помнит, как Чесанов А. Г. звонком рекомендует его коллеге – главному редактору областной газеты. "Придет к тебе паренек в фуфайке. Не бандит, не пугайся. Сам знаешь, как в нужде доступны костюм и пальто". И сопроводил отправляющегося в большой путь рекомендательным письмом.

Журналистский труд. Листки, ручки первые шариковые и карандаши... Нагрузка на глаза. Только в армии Сергей постучится в медпункт и начнет носить очки.

"Мой самый близкий учитель (встретиться не пришлось) Михаил Исаковский", – говорит поэт. Читатель в его творениях встречается с напевами Сергея Есенина, плачем Николая Некрасова. И признает в поэте его самобытность без потуг подражательства.

С 1963 г. Кочудаев – член Союза журналистов СССР. Его материалы публикуют "Молот", "Комсомолец", "Сельская жизнь", "Труд", "Учительская газета". Не рано ли "итожить все, что прожил"?

Жизнь укатилась колесом.
Под горку "чешет" без оглядки.
Умчалась к речке босиком,
Лишь только засверкали пятки.
Там... где-то, очень далеко,
Футбольный мяч и огороды,
И змей, взлетевший высоко,
И наши школьные походы,
Свиданья, поцелуев нежность,
И милый смех ее вдали...
Ах, молодая безмятежность,
Ах, ноги босые в пыли!
Стою на улице, вздыхаю.
– Закурим, дед,
Кого тут ждешь?
– Да вот, стою,
Все вспоминаю,
Гляжу на нашу молодежь.

Поэзии душевная доброта сконцентрирована в сборниках стихов и прозы Сергея Кочудаева, в газетных публикациях. Их названия определяют содержание: "Мамино крыльцо", "Сердца стук", "По Муромской дорожке", "Милая сулиночка", "Сторонка родная", "За землю русскую". Предостаточно материала на седьмую книгу. Поэт без напряжения и льстивых песнопений занял достойное место в Союзе писателей Дона. Только от него, нашенского, не "оф... представителя" узнаем мы о жизни Союза.

Как-то спросил я у искренне мною любимого земляка, поэта, писателя, композитора Бориса Владимировича Гончарова: "Что за издательский зуд побуждает трудиться, тратиться на выпуски?". "Вечность" – лаконично ответил поэт. Вот в чем суть, согласился я, вот, где истина!

На юбилее слепого поэта Анатолия Морева Иван Михайлович Курносов проникновенно, мастерски читал его стихи. Заключая, чтец поднял над головой синенькую книгу слепого стихотворца "Мне больно слышать стон планеты" и сказал "У меня язык не повернется сей труд назвать книжкой, книжицей, малышкой" – это воистину огромный труд поэта и гражданина!

Я, почитатель и полистатель книг Сергея Кочудаева, полностью с Иваном Михайловичем солидарен. И не надо было бы корпеть мне над столь объемным очерком. Достаточно было бы напомнить читателю, де, мол: прочтите предисловие к самой первой книге "Мамино крыльцо".

О родине, о матери, о погибшем под Москвой отце, о трудной поре послевоенного детства, о службе солдатской, об учебе в литгруппах и педагогическом и институте, о всем том, что он пережил, что дорого ему с детства, тепло и задушевно пишет автор. Он тонко чувствует природу, предан сердцем русскому полю, лесам дремучим, первой весенней капели, маминому крыльцу и речке под горой, откуда он ушел в большую нелегкую жизнь. И вся недолга! Возьмите сборник поэта. Проверьте, правильно ли я все это написал? Не просто ли свел к сообщению, что в первых числах ноября центральная библиотека проведет встречу с нашим скромным поэтом. Что на свой юбилей – 70-летие – приглашает С. А. Кочудаев дорогих красносулинцев 14 ноября в ДШИ-1 к 16 час.

А точно он рожден, как сам поэт подчеркивает, на Казанскую, 4 ноября. Автор корреспонденции склонен думать: Матерь Божья осеняет, вдохновляет, направляет его сердечную щедрость и нежность, духовную верность (так назвал это состояние старейший поэт – красносулинец И. Т. Муравлев) к читательским сердцам.

Вход свободен. Распахнут, как душа юбиляра. До встречи!

Е. Роев

Дополнительные ссылки


Обсуждение в форуме

 

Данный материал в форуме не обсуждался. 


Распечатать