Распечатать
http://krsulin.ru/biblioteka/pressa/krinica/nevidimyj-front-v-tylu-vraga.php
Красносулинский форум

вторник, 17 октября 2017 года, 17:53


Коробкин Н. А. Невидимый фронт в тылу врага // Криница, 28.04.2010, № 17 (437), с. 6-7

Невидимый фронт в тылу врага

  • Автор: Коробкин Н. А.
  • 27.02.2011 19:03
  • Криница
  • Обновление: 12.02.2015 13:36

Весна. В это время года каждый день не бывает похожим на предыдущий. Случилось в природе так на Пасху, что день выдался погожим, казалось, что солнце не так светит, как вчера. Люди спешили, как говорили старики, к ждавшим их покоившимся родственникам. Было много разговоров, но, переступив порог кладбища, семьями и в одиночку, разговоры прекращали, возникала обратная связь мыслей – быстрее подойти к фамильному месту захоронения, отдать дань почтения по старшинству, ведь кладбище х. Долотинка существует более двухсот лет.


Коробкин Н. А. Невидимый фронт в тылу врага // Криница, 28.04.2010, № 17 (437), с. 6-7

Протопоп Долотин получил надел земли от канцелярии Войска Донского в конце XVIII века, с этого времени началось заселение хутора. Появились на кладбище Головины, Лазуренковы, Романенковы, Ивановы, Сухоренковы – это одни из первых жителей хутора. Проводят обряды над могилами родственников Андреевы, Бочаровы, Акименковы, Калюжины и др. жители. Подтягиваются к клану Сухоренковых, здесь покоятся учителя, которые начали работать в хуторе с 50 – 60-х гг. и практически всех учили. Пошли воспоминания, – а помните, как зимой на уроках физкультуры становился весь класс на лыжи с учителем и проходил маршрут до старой мельницы 3 км и обратно, а какой был пробег на велосипедах в честь 50-летия советской власти по маршруту: шк. № 16 пос. Алмазный, х. Замчалово, х. Молоканка, пос. Зверево, пос. Трудовой, пос. Комиссаровка, шк. № 10! Переспали в одном из классов, а утром путь лежал через пос. Чичерин, пос. Лихая, пос. Углерод, х. Светлый, х. Березка, фабрика трикотажная (побывали в ней на экскурсии), пос. Октябрьский, пос. Алмазный, подвели итог, получили задание описать маршрут, каждому персональное, весь материал оформить в альбом похода и сдать в школьный музей. Итог – техника не подкачала, проехали 55 км. Все в здравии в понедельник с подготовленными уроками пришли в школу № 16.

Присоединяется к нашим воспоминаниям ветеран ВОВ х. Долотинка Романенко Иван Николаевич, здоровается, поздравляет с праздником Пасхи и весны и спрашивает у Н. А. (автора строк): "Цела ли у тебя красная папка?". С этой папки начался рассказ, как в тылу врага на оккупированной территории действовала группа в х. Долотинка в борьбе с оккупантами фашистской Германии.

На ул. Советской пос. Зверево находился Зверевский районный народный суд. Конец августа 1943 г., входит женщина в зал заседания, волосы мокрые, потное лицо, на руках младенец, прошла более 8 км из х. Долотинка. Обращается к Ивану Николаевичу Романенко: "Ваня, помоги, пришла сына перекрестить, кума пришла, а кум не явился, перекрести моего сына". "Мария Ивановна, не могу с оружием идти в церковь" (он работал при нарсуде охранником)". Вышли из положения: "Идите в церковь, а я освобожусь, сдам оружие на хранение и тогда перекрещу младенца". Как было сказано, так и сделано... Пройдя более 8 км, оказался у ворот приемного отца Деселич Иеромина (в народе звали Ёган) – гражданина Австрийского государства.

Солнце зашло за горизонт, жара сменилась прохладой. За столом пошла плавная беседа, но она была прерывистой, т. к. Деселич появился на хуторе еще до войны, а Иван Николаевич был призван на действительную службу, собрался демобилизоваться, но пришел приказ о задержании на неопределенный срок, грянула война, жестокая, бесчеловечная. С арьергардными боями отходили на восток. В одном из боев оставлен для прикрытия на правом фланге своей части, получил ранение средней тяжести, оказался в полевом госпитале на колесах. На 3-й день был в строю, но уже за 100 км от места ранения второй раз был ранен под Барвенково, после операции оказался в глубоком тылу, списали подчистую, домой возвращаться нельзя, территория Ростовской области была оккупирована фашистами. Немец рвался к Сталинграду.

Вступает Ёган в диалог, говорит, что мы, жители х. Долотинка, провели эвакуацию комбайнов, тракторов, лошадей, коров, быков, но не успели и возвратились из-под Керчика, раздали по подворьям коров, овец, быков с бричками и сельхозинвентарем. Раздали улики с пчелами – более 100 семей и фураж для кормления животных.

Занимался этим вопросом "красный партизан" – Сергей Демьянович Журавлев (во время гражданской войны партизанил в подмосковных лесах).

Территория Зверевского района была ничьей – советская власть эвакуировалась, а немецкая не была создана. 2 августа 1942 года (Ильин день) в х. Долотинка прогремел взрыв. Во многих близлежащих домах были выбиты стекла – взорвали Панский мост, отделяющий левый берег от правого речки Гнилуша. Подрывники попросили поменять форму на гражданскую одежду, поспешили в сторону х. Платово.

Перед полуднем со стороны х. Молоканка появились велосипедисты, у которых за спиной винтовка, а сбоку противогазы, подъехали к перекрестку, спустились к реке. Немец промерял палкой глубину реки. Ниже моста речка разливалась, глубина была небольшая, немцы переправились на правый берег, человек 300, поехали в сторону х. Б. Зверево.

После обеда верховные полицейские оповестили жителей о сходе у овчарни. Вел сход "красный партизан". Шел разговор об избрании старосты. Разговоров было много, выступил Петр Иванович Васильченко и предложил избрать старосту Стребкова, шахтера-зарубщика, было много возражений, тогда Петр Иванович утихомирил сход, подвел итог, сказав, что "ваше право потопло в Дону", подсчитал голоса, а Журавлев объявил, что старостой избран Стребков Иван Иванович.

Поздно вечером, когда хозяйки подоили коров, и молоко было процежено, разлито по кувшинам и отправлено в подвал, Головина Елена услышала сильный шум ветра за своим огородом, пробравшись к забору, увидела самолет, ее приметил человек в военной форме. Военный обратился за помощью, а она согласилась. Так появились у самолета "красный партизан", староста, Деселич Иеромин, Головин М. Ф., Тимофей Чернышов с двумя парами быков с ярмами и вилами. Это были надежные люди х. Долотинки. Сняли крылья самолета, прикрепив их по бокам, зацепили винтом за самолет, потянули к пограничному кургану с х. Б. Зверево, там стояли 2 скирды сена с прикладком, и до рассвета самолет заскирдовали в стог и возвратились домой.

Не прошло и недели, как староста не явился на работу. Встревожены были полицейские, побывали у него дома, он лежал на кровати с перетянутой полотенцем головой. На вопрос полицейского "мычал" и мотал головой, а жена переводила, что староста не сможет больше работать, поэтому они, т. е. полицейские, созвали новый сход (причина болезни – каждый день староста на двух подводах с полицейскими объезжали хутор и требовали яйца, кур, мясо, масло сливочное, топленое для германской армии. На 3-й день женщины начали плевать на старосту). В овчарне уже стояла итальянская легкая конница, в другой половине румынская артиллерия на конной тяге.

Сход вел "красный партизан", предложивший избрать другого старосту. Сход молчал, тогда Сергей Демьянович обратился к Деселич, а тот согласился с условием, что, если сход проголосует единогласно. Сход молча проголосовал единогласно. Деселич поблагодарил за доверие, но последнее слово было – держитесь теперь. Сход тихо, но быстро расходился со словами, что избрали австрийца на свою голову. Новоявленный староста на следующий день принимал список от полицейского комсомольцев и жен коммунистов, ушедших на фронт. На 3-й день своей работы собрал жен коммунистов и комсомольцев по отдельности (они должны отмечаться каждый день из всех 6-ти хуторов Долотинского с/с), дал понять, что им не стоит приходить отмечаться, приложил указательный палец к губам и распустил по домам. Женщины были впереполохе, выбрали делегацию и направились к жене старосты. Мария Ивановна пожурила их и сказала, чтоб "не болтали языком".

Вскоре поступило распоряжение из полицейской Управы подготовить списки трудоспособных мужчин, женщин, комсомольцев – более 40 человек – для отправки в Германию. Списки были подготовлены полицейскими. По всем хуторам стоял стон, стали уходить к родственникам в другие хутора, чтоб не ехать в Германию.

Деселич объявил сбор трудоспособного люда. На сходе объявил, что с завтрашнего дня начинаем сеять озимую пшеницу и просо, а сегодня поименно, кто отвечает за подготовку с/х инвентаря, а на следующий день с 7 часов утра начать готовить почву (бороновать) к севу озимой пшеницы. Когда половина поля была засеяна, вестовой из Управы на поле вручил Деселич документ на немецком языке, где спрашивалось, почему не прислал на сборный пункт 46 человек для отправки в Германию, почему не собираются продукты для германской армии.

Иеромин подозвал лучшую выпускницу зверевской ср. шк. № 25, выпуск 1941 года, Нину Пугачеву, подал ей документ, чтобы она прочитала на немецком языке и перевела на русский, чего требует Управа от старосты. Она выполнила его поручения. Стояла мертвая тишина среди целой бригады (65), а Деселич предложил попоить быков и лошадей, пообедать и продолжить сев озимой на первом поле.

На следующий день рано утром подкатывает блонкарда на паре рысаков в яблоках к парадному подъезду начальной школы х. Долотинка, где располагался староста Деселич И.

Шеф Управы быстро поднялся по ступенькам, пройдя широкими шагами по крыльцу, пробурчал на полицейского, который опоздал открыть ему дверь, ворвался в приемную старосты и с порога начал криком спрашивать, почему не отправил людей в Германию, почему не собираются продукты для германской армии. А староста, ему – мол, с кем мне сеять озимую пшеницу для германской армии, коровы сейчас в запуске, отел начнется с февраля, тогда будет молоко, а значит, масло сливочное, а сам незаметно подвинул телеграмму на край стола, где на бланке фирменном со свастикой Имперской канцелярии крупными буквами высокопоставленный чиновник поздравлял Деселич Иеромина с днем рождения. Когда шеф Зверевской Управы дочитал телеграмму – лицо его побагровело, глаза помутнели, он резко развернулся и быстро вышел из кабинета. Деселич услышал крик на кучера, чтобы тот не мешкал, гнал домой. Больше Иеромина никто не беспокоил вплоть до 14 февраля 1943 года, пока не освободила Красная Армия нашу территорию от фашистских захватчиков.

Трижды собирались продукты для германской армии, Сергей Демьянович на розвальнях через переезд ж-д пос. Зверево переправлял продукты чичеринскому подполью. Были проверки полицейских на дорогах, но, увидев фирменный бланк на немецком языке, шлагбаум быстро открывался, и он держал путь на пос. Чичерин.

14.02.1943 г. рано утром по указанию Сергея Демьяновича собрался сход жителей х. Долотинка, Журавлев поздравил хуторян с освобождением от фашистов и предложил привести скот на колхозный баз. Дал команду не трогать ульи. Зима на дворе. Назначил зав. фермой, приказал дояркам приступить к работе, скотникам ухаживать за волами, конюхам смотреть за лошадьми, снести баллоны алюминиевые. Были возмущения некоторых граждан, но он показал списки, кому что досталось при раздаче, и граждане поняли "красного партизана". К вечеру 14 февраля 1943 года колхоз "26 бакинских комиссаров" действовал. Одна скирда сена была перевезена на ферму, а другая ждала своей очереди. Деселич запрещал румынам и итальянцам брать сено у кургана, им приходилось ездить в х. Гуково-Гнилушанский за 8 км, привозить фураж для лошадей.

Вскоре приехала походная мастерская, привезли зап. части, мотор взревел, и самолет с красными звездами взмыл в воздух.

15 февраля 1943 г. Деселич оказался в пос. Зверево в отделе НКВД, попросился на прием, зайдя, передал красную папку, сотрудник прочитал 2 страницы, сказал, что еще не было такого случая, что староста, служака фашистов, приходил сам сдаваться, усадил на стул старосту и, прочитав бегло, сказал, что надо проверить, и отправил его в пос. Лихая, где уже работал райисполком, райком партии, районный отдел милиции, военкомат, банк и др. районные организации, потому что все здания в пос. Зверево были разрушены.

В х. Долотинка узнали, что Деселич "посадили". На другой день, захватив харчи в сумочках, по 0,5 л молока и сухарики, отправились выручать своего защитника 25 км пешком позади, попали на прием только к вечеру. Принял делегацию из х. Долотинка председатель райисполкома, изложили просьбу, председатель пообещал разобраться, поблагодарил "красного партизана" за оперативное создание колхоза "26 бакинских комиссаров", а Егорову Надежду Петровну, Константинову М. У., Шепеткову усадил на линейку, дал распоряжение кучеру отвезти в х. Долотинку. До глубокой ночи не спал хутор, думали, что ходоков арестовали, а они приехали с песнями.

И еще вопрос, кто был тот таинственный в Имперской канцелярии, и что было бы, если бы победили немцы?

Одноклассник гимназической парты, оба были призваны на войну, сражались на восточном фронте, оба оказались в русском плену в лагере военнопленных, который находился между Ростовом и г. Таганрогом. После подписания мирного договора в 1919 г. в Европе наступил мир, лагерь распущен, добираться должны домой самостоятельно. Одноклассник сообщил, что семья расстреляна, мне возвращаться домой нельзя и еще у двоих моих сподвижников была такая участь. После 10-летнего скитания по России и СССР остановились в пос. Зверево. Один был закройщиком, второй – портным, а я женился на вдове в х. Долотинка, работал печным мастером. Ответ на вторую часть вопроса – немцы не могли победить, я это почувствовал в окопах первой мировой войны, особенно во время Брусиловского прорыва.

Н. А. Коробкин, председатель ВПК "Патриот"

Дополнительные ссылки


Обсуждение в форуме

 

Данный материал в форуме не обсуждался. 


Распечатать